Весной 1893 года группа горожан Монреаля решила арендовать театр «Эмпайр», чтобы создать оперную и комедийную труппу. Театр находился на северо-восточном углу улиц Сент-Катрин и Сен-Доминик, в самом центре дома франко-канадской буржуазии. Среди энтузиастов были Раймон Префонтен, Жозеф-Октав Вильнев, Луи-Жозеф Форже, Треффле Бертийом и Эдмон Гарди. Кроме того, еще пять акционеров, которые входили в городской совет Монреаля, присоединились когда проект уже был запущен. Именно так, весьма оптимистично началось создание Французской оперы в Монреале, наличие которой для франкоязычного города, а больше для франкоязычной буржуазии, было крайне важным и необходимым, учитывая развитие культурных традиций тех времен. Но все оказалось не так радужно, о попытке создания Французской оперы и ее дальнейшего экономического краха в Монреале в конце ХІХ века читайте на montreal-trend.com.
Никаких «шоу ног»
Общественное мнение уже давно призывало к созданию французской сцены в Монреале. Качественный французский театр помог бы очистить язык народа и отвлечь его от «шоу ног» и «вульгарных янки-шоу», которые заполонили тогдашние театры. Именно такие мысли лелеяли непосредственные авторы идеи Эрнест Лавинь и Луи-Жозеф Лажуа, совладельцы популярного культурного заведения в parc Sohmer.
Поэтому основанное в Монреале в 1893 году Французское оперное общество имело целью представлять сезоны лирических и драматических произведений. Созданная акционерная компания имела уставный капитал в размере $10 000. Началось все красиво — в первый сезон художественный руководитель Морис Робино Саллар привез из Франции труппу певцов и актеров, которые его торжественно открыли спектаклем «Дочь барабанщика» Оффенбаха. Оркестр под руководством Габриэля Дореля насчитывал 18 инструменталистов и хор, а также 20 певцов.
В начале в театре еженедельно показывали семь спектаклей. В первом сезоне предлагался широкий репертуар комедий, драм и оперетт, включая такие, как «Талисман», «Малый герцог», «Боккаччо» и «Колокола Корневиля», а также были поставлены оперы «Кармен» и «Дочь полка». Ведущими актерами труппы были Сесиль де Гойон, Эмма Блонвиль, Роуз Жиро, Берта Белиссон, Анри Жиро, Поль Порталье, Жюльен Монфор и Жорж Делафонтен.
На каждом спектакле был аншлаг. Публика бурно реагировала и аплодировала, забрасывая артистов букетами цветов. Поэтому мало кто обращал внимание на замечания некоторых критиков, которые считали, что первый акт спектаклей был вялым, певцы весьма медленно разогревались, хоры не доигрывали, а костюмы актеров оставляли желать лучшего. Эйфория была изрядной, поэтому, многие считали, что артистам следует оправиться от длительного путешествия из Европы, волнения премьеры и вызванной канадским климатом хрипоты, и все, считали оптимисты, обязательно улучшится.
Начало второго сезона
Именно в таком состоянии ожидания и радости от осуществления задуманного завершился первый сезон, начался следующий. Во втором сезоне 1894-1895 годов лирический репертуар получил большую долю, а Эдмонд Гарде сменил Салларда на посту директора. Изменился и репертуар. Кроме возрожденных «Кармен» и «Дочери полка», начали ставить «Фауста», «Риголетто», «Люси де Ламмермур», «Фаворитку», «Травиату», «Трувер» и «Миньон».
Значительная часть команды из предыдущего сезона была привлечена к работе повторно, но на афишах появляются и новые имена, таки, как Вирджиния Буи, Сесиль Даргиссон, г-жа Жерайзер, Элим Виссьер, Шарль Дефассио, а также шесть певцов, привлеченных из La Nouvelle-Orléans. Это Берта Дюпюи-Муравьеф, Маргарит Сен-Лоран, Дженни Оже, Пьер Бун, Максим Сум и Виктор Ламарш. Французская опера впервые заключает контракт с франко-канадской певицей, хористкой Жермен Дюверне.
Среди новых исполнителей красотой голоса и драматическим талантом выделяется Вирджиния Буи. Ее интерпретация «Миньона» настолько покорила поклонников, что дирекция была вынуждена увеличить количество выступлений до 16, что стало самым большим успехом сезона.
Конечно, не обходилось без проблем, например, связанных с цензурой, этим давним врагом всего прекрасного и прогрессивного. Архиепископ Монреаля монсеньер Эдуард-Шарль Фабр взялся описывать Французскую оперу, при том умудряясь ее не называть, как нездоровый театр, подчеркивая, что хотеть посещать его это, словно желание повеселиться с дьяволом.
В такой ситуации местная консервативная газета La Minerve становится союзником священнослужителя. На ее страницах требуют убрать из спектаклей откровенные, смелые сцены, рискованные и двусмысленные строки. Это заставляет Французскую оперу практиковать превентивную цензуру, тщательно изучая каждое произведение и делая правки.
Проблемы с финансированием
Именно в этом сезоне начали проявляться проблемы с финансированием. Посещаемость колебалась, а, следовательно, и доходы падали. В то время как несчастный Эдмонд Гарди, зная о проблеме, изнуряет себя в поисках решений, совет директоров делегирует в Новый Орлеан, не ставя в известность художественного руководителя целую делегацию, чтобы отыскать там артистов, способных петь, так называемую «большую оперу», чтобы оживить репертуар и вновь привлечь публику.
Именно так в Монреале появляются шесть актеров из La Nouvelle-Orléans. Но это еще не все. Через несколько дней публике представлен новый художественный руководитель Французской оперы. Им становится Артюр Дюрье, который только что провел несколько катастрофических оперных сезонов во Французском оперном театре. Оказывается, эту кандидатуру тоже обсудили в Новом Орлеане. Поэтому Эдмонд Гарди ушел в отставку, и уже через день его преемник взялся за дело.
Все эти изменения и потрясения не могли помешать Французской опере Монреаля столкнуться с серьезным финансовым кризисом, который заставил ее приостановить все свои платежи. Французское оперное сообщество Монреаля было распущено и ликвидировано. Но сразу 10 акционеров создают профсоюз, чтобы спасти оставшийся сезон и подготовиться к следующему.
Последний сезон Французской оперы
Так наступил третий сезон, как выяснилось позже, завершающий. Хотя с самого начала он выглядел самым амбициозным. Новый художественный руководитель Артюр Дюрье довел оркестр до 21 исполнителя и обновил репертуар. Такие оперы, как «Гийом Телль», «Гугеноты» и «Ромео и Джульетта», были представлены впервые. Кроме того, публика должна была услышать канадские премьеры опер «Иерусалим», «Еврей», «Мирей», «Искатели жемчуга» и «Пророк». Труппа была полностью реорганизована, главными женскими исполнительницами стали Анн Вандирик-Эссиани, Конти-Босси, де Монтрие, Джулия Беннати и Алиса Клери, а среди джентльменов этой чести были удостоены Адриен Барбе, Арман Мери, Фердинанд Део, Кастель, Верар, Жоффре и Преваль.
Однако сезон завершился раньше и очень скандально. 11 февраля 1896 года Французская опера Монреаля представляла «Севильского цирюльника» Россини. Но когда поднялся занавес тенор Адриен Барбе, лишь объявил, что певцы бастуют, поскольку им не платят зарплату. На следующий день, когда газеты сообщили об инциденте общественность города была шокирована.
Финансовый кризис оказался фатальным для Французской оперы Монреаля, она обанкротилась. В наше время многие брались исследовать причины этого провала со стороны предпринимателей, которые были весьма талантливыми в своей профессиональной деятельности. Между тем, называют три основные причины фиаско: халатность со стороны финансовых меценатов, недостаточное финансирование и избыток и перенасыщенность продукцией, то есть спектаклями, но это уже совсем другая история.
Источники:
